20.02.16

Ложь о Бабьем Яре впервые прозвучала от агентов НКВД

Первыми историю о массовых убийствах и об уничтожении трупов в Бабьем Яре озвучили дезертировавшие из Красной Армии евреи: (слева направо) Ефим Вилкис (33 года), Леонид Островский (31), Владимир Давыдов (28). Бабий Яр, ноябрь 1943 г. Фото А. Иоселевич

В ноябре 1943 года в Киев пригласили группу западных журналистов, включая корреспондента "Нью-Йорк таймс" Вильяма Лоренса, еврея по национальности. Это случилось через две недели после взятия Киева советскими войсками. У себя на родине им сказали, что шесть недель назад, при отступлении, немцы в овраге Бабьего Яра зарыли бульдозерами пятьдесят тысяч трупов. Однако западные журналисты не нашли в Бабьем Яру никаких материальных подтверждений этому заявлению.


Более того, не было найдено ни одного реального свидетеля, который подтвердил бы версию советской пропаганды. Не смотря на то, что к Бабьему Яру со всех сторон примыкают жилые дома, не удалось найти  киевлян, которым хоть что-то известно о якобы происходивших там масштабных событиях с невероятной стрельбой и гигантскими кострами. 

Вместо доказательств 50-тысячного убийства, западным журналистам  представили известного киевского архитектора Павла Алешина, который все два года оккупации жил в своей квартире на улице Большой Житомирской, 17/2. В.Лоуренс пишет, что П.Алешин рассказывал им о беседе с неким немецким архитектором, осведомленным о намерении нацистов уничтожить следы преступлений в Бабьем Яру.
Среди иностранных корреспондентов был тогда в Киеве и американский журналист Эдди Джилмор. Иллюстрируя свою статью, посвященную освобождению Украины и опубликованную в мае 1944 г. в журнале The National Geographic Magazine, он поместил снимок, сделанный им в ноябре 1943 г. в Бабьем яру. На снимке — небольшая часть яра, где на рыхлом песке стоят корреспонденты, сотрудник Наркомата иностранных дел СССР — в форменной шинели и фуражке, случайные жители (женщина и мальчик с собакой). Некоторые из присутствующих рассматривают что-то, лежащее под ногами.

Западные журналисты попросили Алешина предъявить им очевидцев, которые могли бы рассказать что-то более внятное о событиях в Бабьем Яре.

На следующий день они снова поехали в Бабий яр, сопровождаемые Алешиным и заместителем председателя Верховного Совета УССР, поэтом Мыколой Бажаном. 

На этот раз НКВД привез на встречу троих только что завербованных агентов - евреев Ефима Вилкиса, Леонида Островского и Владимира Давыдова. Эти "свидетели" в 1941 году дезертировали из Красной армии и во время оккупации в качестве преступников находились в расположенном неподалеку от Бабьего Яра лагере на Сырце, в котором содержались преимущественно евреи - спекулянты, самогонщики, проститутки, преступники и саботажники. Одновременно в лагере находились более 3 тыс. человек, был там и женский барак, старостой которого была Е.Логинова - секретарь ЦК ЛКСМУ.

Примечательна фигура офицера госбезопасности
в кожаном пальто, стоящего слева, на расстоянии,
позволяющем видеть всю группу.
В центре, левее, угадывается матерчатая
полувоенная фуражка-«сталинка» М.Бажана,
рядом — темная меховая шапка П.Алешина.
Все слушают рассказ агентов НКВД.
Версию произошедшего для журналистов в основном озвучил Вилкис. Он рассказал что в сентябре 1941 года немцы приказали всем евреям собраться в районе Лукьяновского кладбища и принести свои ценные вещи. Тысячи мужчин, женщин и детей прошли на Лукьяновку, думая, что они, вероятно, будут эвакуированы. Вместо этого, войска СС привели их к Бабьему Яру. С них сняли одежду, забрали ценности и сложили все в большую кучу. Затем группы этих людей вели в глубокий овраг, где их расстреливали из пулеметов. Когда слой трупов покрывал землю, эсэсовцы засыпали их песком, который они соскребали со склонов оврага. После чего стрельба продолжалась. Далее Вилкис рассказал, что в середине августа текущего года СС сформировал группу из 100 советских военнопленных, надел на них кандалы, направил их в овраг и поселил там в землянке. 19 августа эти люди получили приказ эксгумировать все тела в овраге. Немцы, тем временем, с соседнего еврейского кладбища доставили в Бабий Яр партию мраморных надгробий чтобы заложить фундамент огромного погребального костра. Поверх камней накладывался слой дров, а затем слой трупов, и так далее до тех пор, пока костер не становился высотой с двухэтажный дом. Вилкис сообщил, что примерно 1500 тел сжигалось в таком костре и сгорал он дотла за две ночи и один день. Кремация продолжалось 40 дней, а затем заключенным приказали построить еще печь. Так как это была последняя печь, а трупов больше не было, заключенные решили, что печь для них. Ночью они расковались от кандалов, подобрали ключ, открыли замок и попытались вырваться из землянки, но только дюжина сумела спастись от пулеметных очередей эсэсовцев: «... кто-то рванул дверь и мы с криком «ура», «за Родину», повалили наверх... Пулемет с вышки строчил не умолкая. Через несколько минут сверху, из караульного помещения, неслось около сотни эсэсовцев. К тому времени многие из нас уже успели удрать вниз или вверх по яру».

Вместе с западными журналистами эту историю выслушали и советские корреспонденты. НКВД не разрешил провести независимое интервью так называемых  "свидетелей по Бабьему Яру" в отсутствие своего официального представителя.

Бабий Яр. Ноябрь 1943 года. Журналисты
Бабий Яр. Ноябрь 1943 года. Журналисты пытаются обнаружить хоть какие-то доказательства массовых убийств - останки убитых, пули, гильзы. Не видны также следы уничтожения улик - землянки, где жили заключенные в кандалах, пулеметные вышки, следы костров, надгробия, тела убитых при побеге заключенных.

Первой версию убийств в Бабьем Яре опубликовала газета «Київська правда», поместившая 17 ноября 1943 г. большой репортаж-интервью с евреями-дезертирами. Примечательно, что в этой статье не названы их фамилии, отсутствуют подписи авторов публикации. Корреспонденты московской газеты «Красная звезда» А.Авдеенко и П.Олендер передали по телеграфу из Киева статью, опубликованную в этой газете 20 ноября 1943 г., однако в ней не было фотоснимков. Двумя днями позже — 22 ноября 1943 г. переданный Лоуренсом из Киева по телеграфу репортаж поместила американская газета «Нью-Йорк таймс». Хотя редактор "Нью-Йорк таймс" вырезал тогда наиболее абсурдные выдумки типа «душегубок» и мыла из людей, абсолютно противоречивые показания трёх агентов НКВД стали основой развития всей последующей истории о Бабьем Яре.

Учитывая то, что всех советских военнопленных, побывавших в плену у немцев и вернувшихся на родину, или расстреливали или отправляли на верную смерть в концлагеря ГУЛАГа, можно понять, что для НКВД было легко подготовить любых свидетелей для любых показаний. Кроме того, НКВД всегда имело репутацию учреждения, которое может выбить любые показания из любого человека, тем более из «советских граждан, проживавших на временно оккупированной фашистами территории».

Далее НКВД стал развивать показания троих своих "свидетелей".  Уже через несколько дней количество жертв Бабьего Яра увеличилась вдвое - до ста тысяч человек. Эта цифра впервые была озвучена 27 ноября 1943 года на 40-тысячном митинге жителей Киева посвящённому освобождению города. На митинге было зачитано письмо - "клятва великому русскому народу". 4 декабря 1943 г. газета "Правда" напечатала это "письмо" жителей Киева Сталину, в котором утверждается, что в Бабьем Яру убито и сожжено более 100.000 человек - и с тех пор эта цифра стала "официальной".

27 ноября 1943 года, Киев, парк им. Т.Г.Шевченко. Митинг жителей Киева
посвящённый освобождению города от немецко-фашистских захватчиков, на котором выступил командующий фронтом генерал армии Н. Ф. Ватутин. 

Однако из сорока тысяч "подписантов письма", позже нашелся только один (!) киевлянин, который в последующем согласился официально выступить как свидетель. Им оказалась еврейка Дина Вассерман (Проничева), которые все два года оккупации жила в Киеве и работала в кукольном театре. Свидетелями согласились стать еще трое евреев - С. Б. Берлянт, Я. А. Стеюк (Штейн), И. М. Бродский. Они также были дезертирами и во время оккупации пребывали в лагере на Сырце, то есть для НКВД было совсем несложно склонить их к сотрудничеству. Удивительно, но все "свидетели Бабьего Яра" были евреями - что никак не вяжется с версией о поголовном уничтожении евреев в Киеве.

Кроме своих агентов, НКВД не сумел предъявить журналистам каких-либо материальных или документальных доказательств массовых убийств в Бабьем Яре. Например, после того как 1 июля 1941 года немецкие войска вошли в город Львов, они сразу же обнаружили тела 4 тысяч убитых и замученных в тюрьмах львовского НКВД - чему есть убедительнейшая и ужасающая кинохроника, которая была показана немцами всему миру.

В начале апреля 1943 года немцы выкопали в Катыни несколько тысяч трупов поляков, расстрелянных советскими палачами. Летом 1943 года немцы обнаружили и эксгумировали массовые захоронения жертв НКВД в Виннице.  Германская пропаганда тут же поведала миру о зверствах большевиков. Для исследования захоронений и эксгумации трупов немцы пригласили медиков, патологоанатомов, экспертов и журналистов из нейтральных стран.

В ноябре 1943 года НКВД подсунуло трёх "бабийярских свидетелей" для того, чтобы обкатать историю о "массовых убийствах в Бабьем Яре" перед западными корреспондентами. Хронология событий показывает, что история с Бабьим Яром была в то время состряпана НКВД, именно в противовес Катынскому и Винницкому преступлениям бериевского НКВД, которые тогда уже было широко известны на Западе. В результате полного провала "свидетелей Бабьего Яра", нквдисты на 20 лет отложили эту фальсификацию в долгий ящик и закрыли доступ для западных журналистов как к этим "свидетелям", так и к самим окрестностям Бабьего Яра, Катыни и другим подобным местам.


Читайте по теме:
«Нью-Йорк Таймс» считает, что доказательств расстрела в Бабьем Яре недостаточно
Не для того ли придумали Бабий Яр, чтобы отвлечь внимание от украденных из Киева ценностей?

2 комментария:

  1. Этот комментарий был удален автором.

    ОтветитьУдалить
  2. >Учитывая то, что всех советских военнопленных, побывавших в плену у немцев и вернувшихся на родину, или расстреливали или отправляли на верную смерть в концлагеря ГУЛАГа

    Допустим, Гаврилов (Брестская крепость) - После освобождения из немецкого плена П. М. Гаврилова исключили из ВКП(б), ввиду утраты партбилета. Однако, восстановленный в прежнем воинском звании, осенью 1945 года он был назначен начальником советского лагеря для японских военнопленных в Сибири...

    Ну т.е. таки попал в лагеря, но немного не так, как подразумевается.

    ОтветитьУдалить